• А
  • Б
  • В
  • Г
  • Д
  • Е
  • Ж
  • З
  • И
  • К
  • Л
  • М
  • Н
  • О
  • П
  • Р
  • С
  • Т
  • У
  • Ф
  • Х
  • Ц
  • Ч
  • Ш
  • Э
  • Ю
  • Я
  • A
  • B
  • C
  • D
  • E
  • F
  • G
  • H
  • I
  • J
  • K
  • L
  • M
  • N
  • O
  • P
  • Q
  • R
  • S
  • T
  • U
  • V
  • W
  • X
  • Y
  • Z
  • #
  • Текст песни И. Бродский - В горах

    Исполнитель: И. Бродский
    Название песни: В горах
    Дата добавления: 21.12.2020 | 16:28:02
    Просмотров: 2
    0 чел. считают текст песни верным
    0 чел. считают текст песни неверным
    На этой странице находится текст песни И. Бродский - В горах, а также перевод песни и видео или клип.
    1

    Голубой саксонский лес
    Снега битого фарфор.
    Мир бесцветен, мир белес,
    точно извести раствор.

    Ты, в коричневом пальто,
    я, исчадье распродаж.
    Ты -- никто, и я -- никто.
    Вместе мы -- почти пейзаж.

    2

    Белых склонов тишь да гладь.
    Стук в долине молотка.
    Склонность гор к подножью дать
    может кровли городка.

    Горный пик, доступный снам,
    фотопленке, свалке туч.
    Склонность гор к подножью, к нам,
    суть изнанка ихних круч.

    3

    На ночь снятое плато.
    Трепыханье фитиля.
    Ты -- никто, и я -- никто:
    дыма мертвая петля.

    В туче прячась, бродит Бог,
    ноготь месяца грызя.
    Как пейзажу с места вбок,
    нам с ума сойти нельзя.

    4

    Голубой саксонский лес.
    К взгляду в зеркало и вдаль
    потерявший интерес
    глаза серого хрусталь.

    Горный воздух, чье стекло
    вздох неведомо о чем
    разбивает, как ракло,
    углекислым кирпичом.

    5

    Мы с тобой -- никто, ничто.
    Эти горы -- наших фраз
    эхо, выросшее в сто,
    двести, триста тысяч раз.

    Снизит речь до хрипоты,
    уподобить не впервой
    наши ребра и хребты
    ихней ломаной кривой.

    6

    Чем объятие плотней,
    тем пространства сзади -- гор,
    склонов, складок, простыней --
    больше, времени в укор.

    Но и маятника шаг
    вне пространства завести
    тоже в силах, как большак,
    дальше мяса на кости.

    7

    Голубой саксонский лес.
    Мир зазубрен, ощутив,
    что материи в обрез.
    Это -- местный лейтмотив.

    Дальше -- только кислород:
    в тело вхожая кутья
    через ноздри, через рот.
    Вкус и цвет -- небытия.

    8

    Чем мы дышим -- то мы есть,
    что мы топчем -- в том нам гнить.
    Данный вид суть, в нашу честь,
    их отказ соединить.

    Это -- край земли. Конец
    геологии; предел.
    Место точно под венец
    в воздух вытолкнутых тел.

    9

    В этом смысле мы -- чета,
    в вышних слаженный союз.
    Ниже -- явно ни черта.
    Я взглянуть туда боюсь.

    Крепче в локоть мне вцепись,
    побеждая страстью власть
    тяготенья -- шанса, ввысь
    заглядевшись, вниз упасть.

    10

    Голубой саксонский лес.
    Мир, следящий зорче птиц
    -- Гулливер и Геркулес --
    за ужимками частиц.

    Сумма двух распадов, мы
    можем дать взамен числа
    абажур без бахромы,
    стук по комнате мосла.

    11

    "Тук-тук-тук" стучит нога
    на ходу в сосновый пол.
    Горы прячут, как снега,
    в цвете собственный глагол.

    Чем хорош отвесный склон,
    что, раздевшись догола,
    все же -- неодушевлен;
    то же самое -- скала.

    12

    В этом мире страшных форм
    наше дело -- сторона.
    Мы для них -- подножный корм,
    многоточье, два зерна.

    Чья невзрачность, в свой черед,
    лучше мышцы и костей
    нас удерживает от
    двух взаимных пропастей.

    13

    Голубой саксонский лес.
    Близость зрения к лицу.
    Гладь щеки -- противовес
    клеток ихнему концу.

    Взгляд, прикованный к чертам,
    освещенным и в тени, --
    продолженье клеток там,
    где кончаются они.

    14

    Не любви, но смысла скул,
    дуг надбровных, звука "ах"
    добиваются -- сквозь гул
    крови собственной -- в горах.

    Против них, что я, что ты,
    оба будучи черны,
    ихним снегом на черты
    наших лиц обречены.

    15

    Нас других не будет! Ни
    здесь, ни там, где все равны.
    Оттого-то наши дни
    в этом месте сочтены.

    Чем отчетливей в упор
    профиль, пористость, анфас,
    тем естественней отбор
    напрочь времени у нас.

    16

    Голубой саксонский лес.
    Грез базальтовых родня.
    Мир без будущего, без
    -- проще -- завтрашнего дня.

    Мы с тобой никто, ничто.
    Сумма лиц, мое с твоим,
    очерк чей и через сто
    тысяч лет неповторим.

    17

    Нас других не будет! Ночь,
    струйка дыма над трубой.
    Утром нам отсюда прочь,
    вниз, с закушенной губой.

    Сумма двух распадов, с двух
    жизней сдача -- я и ты.
    Миллиарды снежных мух
    не спасут от нищеты.

    18

    Нам цена -- базарный грош!
    Козырная двойка треф!
    Я умру, и ты умрешь.
    В нас течет одна пся крев.

    Кто на этот грош, как тать,
    точит зуб из-за угла?
    Сон, разжав нас, может дать
    только решку и орла.

    19

    Голубой саксонский лес.
    Наста лунного наждак.
    Неподвижности прогресс,
    то есть -- ходиков тик-так.

    Снятой комнаты квадрат.
    Покрывало из холста.
    Геометрия утрат,
    как безумие, проста.

    20

    То не ангел пролетел,
    прошептавши: "виноват".
    То не бдение двух тел.
    То две лампы в тыщу ватт

    ночью, мира на краю,
    раскаляясь добела --
    жизнь моя на жизнь твою
    насмотреться не могла.

    21

    Сохрани на черный день,
    каждой свойственный судьбе,
    этих мыслей дребедень
    обо мне и о себе.

    Вычесть временное из
    постоянного нельзя,
    как обвалом верх и низ
    перепутать не грозя.
    There will be no others of us! Night,
    a plume of smoke over the chimney.
    Get out of here in the morning
    down with a bitten lip.

    The sum of two decays, from two
    surrender lives - me and you.
    Billions of snow flies
    will not save you from poverty.

    eighteen

    Our price is a market penny!
    Trump deuce of clubs!
    I will die and you will die.
    One psia crev flows in us.

    Who is for this penny, like a thief,
    sharpens a tooth from around the corner?
    Sleep, having opened us, can give
    only tails and tails.

    19

    Blue Saxon forest.
    Infusion of lunar emery.
    Immobility progress,
    that is - tick-tock.

    Rented room square.
    Bedspread from canvas.
    Loss geometry,
    like madness, simple.

    twenty

    It was not an angel who flew
    whispering: "guilty."
    This is not a vigil of two bodies.
    Then two lamps in a thousand watts

    at night, the world is on the edge,
    glowing white -
    my life for your life
    I couldn't see enough.

    21

    Save for a rainy day
    each peculiar to fate,
    these thoughts are rubbish
    about me and myself.

    Subtract temporary from
    permanent is impossible,
    like a landslide up and down
    confuse without threatening.

    Смотрите также:

    Все тексты И. Бродский >>>

    Опрос: Верный ли текст песни?
    ДаНет